14 августа 2016 г.

Купленное счастье


Накрытый деревенский стол

История одной любви. Купила мужа за бутыль водки


Катя сидела за праздничным столом напротив Ивана. Тот стыдливо прятал от собравшихся большие ладони. Скупой на слово, стеснительный, нерешительный – полная противоположность своей жене Жанне, которая весь вечер веселила компанию анекдотами, пела и плясала с мастером Марком. Люди говорили, что у них роман. А разве можно тем людям верить? Они бог знает что насочиняют. Вон и о ней злые языки говорят разные нелепицы, а все из-за того, что одинокая, без мужа живет.

...Катя вышла замуж в восемнадцать. Поехала в город учиться, встретила там парня, полюбила, вышла замуж. Любовь, как солнечный зайчик, играет, если есть солнце, то есть если чувство чистое, бескорыстное. Когда Катя почувствовала, что любовь угасает, развеялась холодным пеплом, ушла от мужа. Пошла жить на другую, опять же чужую квартиру. Познала сполна, что такое самой с ребенком на руках сводить концы с концами. Сотрудницы, мужья которых занимались коммерческими поездками, или имели «спонсоров», чуть ли не ежедневно хвастались обновками: блузкой, сапожками, модной юбкой или сумочкой. Катя латала старенькие вещи, донашивала приобретенные до замужества туфли и платья. Жизнь становилась все тяжелее. И здесь пришло письмо от матери. Она писала: «Приезжай, Катя, домой. Здесь твой дом. Не мыкайся по чужим углам с ребенком. В деревне как-то проживешь. Я уже старая, хочу перед смертью знать, что у тебя есть собственная крыша над головой».

Катя приехала. Она бережно ухаживала за матерью, которая тяжело наработалась на этом свете, нагоревалась и вскоре на ее руках отошла в Вечность. Хорошо, что есть огород, сад, своя вода в колодце, за которую не нужно платить. В хлеве – коза, поросенок, десяток кур. Вот только по ночам печаль окутывала ее женскую душу, казалось, что жизнь остановилась. В селе ее ровесницы давно уже замужние. Не к кому в гости пойти, поговорить. Единственная утеха – доченька.

– Страшно оставаться одинокой, – созналась как-то Катя своей бывшей однокласснице, деревенскому фельдшеру Зое. А та в ответ: «Не грусти, еще найдется твое счастье. Приходи лучше к нам на вечеринку – у моего мужа Андрея день рождения. Развлечешься, с людьми пообщаешься».

Пришла. Пробовала петь и даже смеялась, но все чаще ловила на себе недобрые взгляды женской части компании. Чувствовала себя чужой, лишней. «Все живут своими семьями, а мне, по-видимому, на роду написано жить с одним крылом. Да и мужчины перевелись. Вот хотя бы и этот Иван – ни рыба ни мясо. Не обделил его Бог ростом, силой. Вон и кудри калачиком вьются, и глаза голубе. Зато характер – хоть ноги вытирай. Еще со школьных лет его знала. Говорят, что выполняет дома всю мужскую и женскую работу. Жена не уважает, родная дочь презирает. Одно слово – «бесхарактерный» – вот так размышляя, она неоднократно посматривала на Ивана. И вдруг неожиданно для себя прочитала в глубине его глаз неописуемую тоску, которая была созвучна ее душевному состоянию. Женское сердце поневоле охватила теплая волна непонятного, волнующего сочувствия. Катя на мгновение отвела глаза от Ивана, и ее взгляд сразу же пересекся с насмешливым взглядом Жанны, которая, хитро прищурясь, воскликнула:

– А вы знаете, куманьки, я своего Ивана могу за несколько литров водки продать!

За столом воцарилось оживление, прошелестел смех. «Кому нужен твой Иван? Мы не знаем, как от своих мужей избавиться», – шутили женщины в ответ на не слыханное до сих пор предложение продажи.

Иван от этих слов прищурился, как-то по-детски беззащитно взглянул на Катю.

– Кое-кому, я вижу, очень нужен, – выразительно остановив взгляд на сопернице, ответила Жанна. Собравшиеся захохотали, нагло демонстративно поглядывая на Катю. Она схватилась с места, хотела было отделаться шуткой, но лицо обдало пламенем, от которого выступила слезинка. А здесь еще и эти глаза Ивана, которые мгновенно засияли, синим огоньком.

Не заметила, как под издевательский хохот выскочила на улицу. И уже в своем дворе, прислонившись щекой к облепленному снегом стволу груши, почувствовала на сердце боль от обиды: «Как же это я допустила? Что со мной произошло сегодня?» И здесь ей вспомнились странные глаза Ивана, а вслед и мысль родилась, безумная, дерзкая. Тихо открыла домашние двери, прошла в кладовку. Ощупью отыскала на полке бутыль водки, который остался после похорон матери, да и спрятала его под полушубок.

Скрипел под ногами снег, сердце колотилось, перехватывало дыхание. Когда приблизилась к дому, из которого доносились веселые голоса подвыпившей компании, Катя на мгновение остановилась в нерешительности, но невидимая сила придала ей сил идти вперед. Резко приоткрыла двери и, не отряхнувши с ног снег, вошла в комнату. От волнения и быстрого шага лицо у нее было розовым, черные глаза сияли звездочками, из-под платка выбивались пышные темные волосы.

Гости от неожиданности замерли. Катя, вынув бутыль водки, сказала: «Мой Иван будет!» Потом торжественно поставила гостинец на стол. Жанна захохотала, пронизав Катю пренебрежительным взглядом:

– Ой, бабоньки, мой мужик, оказывается, еще имеет спрос. Все, Иван, иди – я тебя продала! – громко смеялась опьяневшая молодая женщина.

– Пошли, Иван! – решительно позвала Катя Ивана. Компания гоготала, а Иван, в глазах которого заискрились веселые синие огоньки, неожиданно для всех поднялся из-за стола.

Катя почувствовала внутреннее удовлетворение: она достойно ответила на вызов вызовом, поэтому спокойно направилась домой. Поднявшись на крыльцо, остановилась – по улице кто-то тяжело бухал сапогами, и перед ее калиткой выросла высокая фигура. Катя хотела было спрятаться в дом, но ноги приросли к полу. А Иван уже вот стоял перед ней, большой, покорный. И вдруг засмеялся, но так искренне и радушно, что ей самой стало весело и радостно на сердце. Через мгновение они оба, словно дети, смеялись от застольного приключения.

В тот вечер Иван домой не пошел, ослушался. Упрямый. Они долго разговаривали. И Иван открыл ей свою душу, чистую и бесхитростную. Сознался, что еще в школе на нее заглядывался, потому что любил.

Спать Ивана положила на топчане в комнате, а сама в спальне не сомкнула глаз, все тревожилась, что же то теперь будет? На рассвете он сказал: «Мне нужно везти скот на мясокомбинат». Завернула ему кусок сала, горбушку хлеба. Взял он это, и отправился на работу. Через полчаса, когда Катя задремала, в дом влетела Жанна с криком: «Где Иван? Нет!?» Не поверила, осмотрела все комнаты, даже в погреб и кладовку заглянула. Ушла. Катя подумала: «Все, конец этой странной истории».

Но оказалось – нет. Вечером Иван вернулся с работы к ней. Он медленно мыл руки, а она любовалась его крепким телосложением. Кормила купленного мужа горячим борщом. Налила ему стакан настойки – намерзся же. Иван поел, поблагодарил да и прилег на топчане. Они тихо разговаривали.

Катя радовалась его рассудительным, мудрым речам. Почувствовала, что рядом с ним ей надежно и уютно. «Какой же хороший, красивый и умный человек этот Иван. Такой сильный, и мухи не обидит».

Ее мысли прервал стук в окно.

– Открывай, негодница! Ишь, пригрелась около чужого мужа! – послышался визгливый женский голос. Катя вышла. В дом ворвалась Жанна. Она поставила на стул бутыль и сказала: «Возьми свою водку. Шуток не понимаешь...»

– Я не пью, – спокойно ответила Катя. Жанна кинулась на нее с кулаками, но между женщинами выросла фигура Ивана.

– Пошли домой, Иван, – змеей прошипела Жанна. И добавила: – Скот загонять пора, печку растопить нужно.

– Оставь нас, – сказал твердо Иван. – Я – дома.

Жанна не узнала своего Ивана. Он стоял непреклонный, словно скала, чужой, мужественный, неизвестный. В его глазах вместо прежнего покорного безразличия светился незнакомый огонек решительности. Жанна убежала. Она приходила еще несколько раз, чтобы люди не видели, среди ночи, ругала и Катю, и Ивана, – не помогло. «Я прощал тебе, Жанна, отношения с Марком, прости и ты мне мою любовь», – расслышала Катя за дверью такие желанные ее сердцу слова Ивана.

Любопытные люди днем заглядывали во двор, перешептывались. А Иван не прятался – охотно хозяйничал, с вдохновением рубил дрова, чинил забор. Нашел на чердаке плетеную из лозы колыбель, в которой Катю маленькой качала мама, да и поставил в сенях. «Мол, еще пригодится», – сказал Иван, поцеловав Катю в носик.

Катя охотно готовила Ивану обед, ежедневно с нетерпением ждала его с работы. А он, словно мальчишка, бежал на каждый ее зов, готовый выполнить любую прихоть дорогой ему женщины. С дочерью Кати Иван также быстро нашел общий язык. За эти несколько месяцев она убедилась, что мужчина, которого судьба ей невероятным образом послала, подарен самим Господом. И уже вскоре полюбила его всем своим, обездоленным сердцем, твердо зная, что такого Ивана, как у нее, больше в мире нет.

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
Понравился пост, поделись с друзьями!
Нравится

Комментариев нет:

Отправить комментарий